News

Немецко-российский правозащитный диалог

Проект Форума русскоязычных европейцев
«Мемориал» усомнился в официальной статистике по коронавирусу в Ингушетии

По официальным данным, на 8 мая в Ингушетии от коронавируса скончались 28 человек. Однако, по мнению «Мемориала», эта цифра вызывает серьёзные сомнения. Председатель Конституционного суда Ингушетии Аюп Гагиев называет иную общую цифру — более 50 умерших. Такие же данные приводят телеграм-каналы «Розыск Ингушетия» (близок к силовикам) и «Главком РИ» (оппозиционный).

В ходе мониторинга соцсетей и опроса местных жителей сотрудники назрановского представительства «Мемориала» установили, что по крайней мере 27 человек умерли предположительно от коронавируса всего за десять дней — с 27 апреля по 6 мая. Официальные данные за этот период — 9 смертей.

«Мемориал» обратился к главе Ингушетии с просьбой уточнить региональную коронавирусную статистику, чтобы доверие населения к мерам властей, направленным на борьбу с пандемией, не было подорвано окончательно.

Открытое обращение
Правозащитного центра «Мемориал»
к главе Республики Ингушетия
М-А. М. Калиматову

Уважаемый Махмуд-Али Макшарипович!
Обращаемся к Вам в связи с серьёзными сомнениями в точности официальной статистики смертей, связанных с заражением коронавирусом, в Ингушетии.

*****

В условиях пандемии любые ошибки и неточности в представляемой общественности информации или сознательное сокрытие фактов могут привести к подрыву доверия со стороны населения к мерам властей, направленных на борьбу с распространением болезни.

Озвучиваемые властями данные о числе зараженных и количестве смертей в связи с заражением коронавирусом как в России в целом, так и в отдельных субъектах РФ, с самого начала вызывали сомнение у научного и медицинского сообщества; эти сомнения отчасти повлияли на действующие политики и практики.

Во-первых, низкая эффективность тестов, долгое время их обработки, большое количество ложноотрицательных результатов и практическая бесполезность экспресс-тестов привели к тому, что сначала сообщество главврачей, а с его подачи и Минздрав России в настоящее время работают с теми, у кого диагностирован COVID-19, и госпитализированными с «внебольничной пневмонией» как с единой группой. В ведущих больницах России до 60 процентов больных долгое время проходили лечение без установленного тестами диагноза коронавирусной инфекции (например, в Национальном медико-хирургическом Центре им. Н. И. Пирогова в Санкт-Петербурге; см. публикации главврача). Статистика смертей по регионам (пока не по всем) также даётся суммированием по этим двум диагнозам.

Во-вторых, новая коронавирусная инфекция и её течение интенсивно исследуются, и выявляются некоторые важные аспекты, — такие, как, а) повышенное тромбообразование и связанные с ним риски смерти (инфаркт, инсульт и т. п.) и б) шире, полиорганное действие COVID-19, которое не всегда сводится к пневмонии, а может прямо и разрушительно воздействовать на другие системы организма (даже без учета воздействия косвенного, связанного с недостатком кислорода в крови).

Эти два обстоятельства, относящиеся не только к ситуации в Российской Федерации, дают объективные основания сомневаться в статистике заболеваемости и смертности и относиться со вниманием к сомнениям, возникающим в каждом отдельном случае.

Они, к сожалению, усугубляются третьим обстоятельством — зависимостью местных медицинских учреждений как от вышестоящих структур Минздрава, так и от местных властей. Статистическая отчётность, превратившаяся в критерий оценки работы органов здравоохранения и органов власти в регионах, может становиться объектом манипуляции. Так, общим местом в последние десятилетия стали отказы от постановки диагноза «грипп» при сезонных вспышках вирусных заболеваний (в том числе сопровождавшихся резким ростом числа госпитализаций с пневмонией). Это обстоятельство также вызывает недоверие к официальной статистике, что требует незамедлительной реакции.

*****

Повторим еще раз: гражданское общество не меньше, чем власти заинтересовано в том, чтобы в условиях пандемии сохранялось доверие населения к медикам, медицинским организациям и органам власти. Именно этим и продиктовано наше обращение.

В указанном нами аспекте Республика Ингушетия не является исключением, однако в силу ряда причин (небольшая территория и население, хорошо развитые родственные связи) здесь легче, чем в иных субъектах, выявляется и становится предметом обсуждения несоответствие официальной статистики реальности.

Так, согласно данным Оперативного штаба РИ по предупреждению COVID-19, по состоянию на 8 мая в Ингушетии подтверждено 1108 случаев заражения коронавирусной инфекцией, из них 28 человек умерли. Между тем, мониторинг ингушских социальных сетей даёт основания считать, что количество летальных исходов может превышать официальные данные.

С 27 апреля по 6 мая в ходе мониторинга социальных сетей было зафиксировано не менее 27 сообщений о смерти жителей республики, предположительно от коронавирусной инфекции (в отдельных случаях сотрудники «Мемориала» беседовали с родственниками умерших), в то время как по официальным данным количество умерших за тот же период составило 9 человек.

В приложении к данному обращению содержится подневное сопоставление официальных сообщений об умерших от COVID-19 со сведениями из социальных сетей и других неофициальных источников. Среди них — не вошедшие в официальную статистику сведения о людях, умерших в реанимации, в том числе на искусственной вентиляции легких, или госпитализированных с подозрением на COVID-19 и выписанных незадолго до смерти и увезенных родственниками домой, и т. п.

Мы не утверждаем, что все эти сообщения в социальных сетях соответствуют действительности и что во всех случаях причиной смерти стало заболевание COVID-19. Однако эти сообщения вызывают сомнения в достоверности официальной статистики не только у нас, но и у многих жителей республики.

6 мая председатель Конституционного суда РИ Аюп Гагиев на своей странице в Facebook сообщил о более чем 50 погибших (с учетом умерших от пневмонии) (действующие инструкции Минздрава предписывают рассматривать COVID-пневмонию и «внебольничную пневмонию» как единый поток). Эти же данные по состоянию на 6 мая приводят телеграм-каналы «Розыск Ингушетия» (близок к силовикам) и «Главком РИ» (оппозиционный). Помимо этого, телеграм-канал «Главком РИ» утверждает, что только в Ингушской республиканской клинической больнице в Назрани с 1 по 5 мая от коронавирусной пневмонии умерло 12 человек.

Мы считаем, что в чрезвычайных обстоятельствах республиканские власти, будучи заинтересованы в сохранении стабильности, основанной на доверии со стороны жителей региона, должны оперативно реагировать на любые сообщения о распространении коронавирусной инфекции и её последствиях.

В связи с этим мы просим Вас:

1. Подробно разъяснить населению республики, каким образом формируется официальная статистка заболеваемости и жертв коронавирусной инфекции, какие случаи включаются и какие не включаются в официальные данные и с чем это связано.

2. Прояснить возникшие противоречия официальной статистики, в том числе данные о числе смертей, и неофициальных данных, представленных нами в приложении.

3. В дальнейшем регулярно проверять сообщения из неофициальных источников и информировать население республики о результатах этой проверки.

Будем благодарны за ответ, который, надеемся, развеет наши сомнения относительно официальной статистики смертности в РИ в связи с заражением коронавирусом.

К письму прилагается список людей, умерших предположительно от коронавируса. Мы направили его главе Ингушетии, но по этическим причинам не считаем возможным публиковать его.

Источник